яна юрьевна ковалевская

https://upforme.ru/uploads/001c/d5/6f/110/298237.png

ирина старшенбаум

30.05,1979, 31 /  затонск  /  антрополог/этнолог; заместитель директора нии "горизонт-12"

⛧ московская интеллигенция 80lvl. перловка в сталинке, пояс из шерсти, носкам двадцать лет, а украшениям — двести;
⛧ бывший муж: константин сергеевич киселев. этнолог, доктор исторических наук;
⛧ родители: юрий аристархович ковалевский и марина львовна ковалевская;
⛧ одаренная. была привлечена к работе на 13-ый отдел фсб рф еще во время учебы в МГУ;
⛧ носитель аномалии АО-1л после пересадки сердца (как его последнего вместилища), постепенно вытесняется аномалией из физической оболочки:
⛧ срок жизни: не превышает человеческие рамки;
⛧ носит автономный браслет "синхрон-0" (или "якорь") с трехфакторной верификацией аномалии, чья единственная задача - уничтожить носителя в случае выхода аномалии из-под контроля.
----------------------
осенний листок, прилипший к оконному стеклу. сигаретный дым. сквозняки по полу. доски скрипят.
яна приподнимает голову, чтобы убрать спутавшиеся пряди волос, укладывается обратно // туда, где стук сердца //

ее звали аида алексеевна, - говорит она и пальцы сплетаются в ленивой игре, словно желая правильно соединиться с чужими, приникнуть каждой подушечкой, обвести по контуру все изгибы и мелкие ранки. - пра-пра-пра-сколько-то-там-бабушка. для дочери хранила, как приданое. вологодское кружево, между прочим.

теперь, аккуратно выстиранное и выглаженное, покоится под стареньким патефоном, и музыка льется из него похрипывая на низких частотах. яна поворачивает голову, вдыхает запах, впитывает в себя, прячет между сухожилиями, запирает в каждом своем позвонке. по крыше барабанит дождь и на белой простыне отпечаталось несколько капель // давно протекает. уже лет пять //

и платье свадебное тоже сохранилось. ему больше ста лет

в сундуке, под замком, с привкусом пыли, с годами потерь и горечи. покопаться - и найдется платок, фата, дневник софьи васильевны. так маленькие кусочки истории складываются в одну каллиграфическим почерком на ветхом завете.  памятная дата на первой странице и подпись погибшего возлюбленного, чтобы вместо могилы под сердцем легли все позабытые имена. яна учила их когда-то, зубрила семейную историю, пересказывала бабушке, болтая ногами на летней кухне. пчелы жужжали над клубникой, зеленые яблоки кислили на языке,  лента с хвостика потерялась в траве, а мама все равно сфотографировала ее, смешную и глупую, на полароид. // фотоальбом там, на чердаке. хочешь - смотри //

яна улыбается - дождь развозит грязь по стеклу, осенний листок медленно скользит к деревянной раме. пальцы на руках достигают согласия, пальцы на ногах начинают ссориться. она смеется, кусая чужое плечо, прячет глебу под кожу семейные шрамы, забирает те, что есть у него.

я в другом выходила замуж

знала бы - ни за что не пошла. оббивала бы кремлевские пороги, истоптала бы всю лубянку, бродила бы по заброшкам глубокого подмосковья, выискивая секретные бункеры. заговаривала бы кровь, выла бы голая на луну, перечитала бы всего булгакова в поисках самых надежных подсказок - непременно нашла бы. может как ведьма, может просто как женщина.

ты лежи пока

она гнется лозой, тянется к свету сквозь тучи. сердце колет в груди трижды, потом отпускает до понедельника. желтый листик соскальзывает на раму, теряется на ветру. яна проглатывает себе язык, чтобы никого ненароком не сглазить. ничего не спугнуть. 

[icon]https://upforme.ru/uploads/001c/d5/6f/110/663765.png[/icon]